Задачник четвёртого модуля

С Ксенией:

• ТА: каждый день и не только по работе.
• ОС: всего месяц, но уже есть общие обеды и разговоры.
• ФР: один офис.
• ХП: рядом с ней хорошее настроение.
• СЦ: обоим важна честность в работе.

С удалённой командой:

• ТА: мало, и почти все тревожные, «когда горит».
• ОС: полгода, но почти без общих достижений, о которых приятно вспомнить.
• ФР: другой город.
• ХП: общение связано с напряжением.
• СЦ: неизвестно, о ценностях не говорили.

Дело не в сроке знакомства, а в вершинах. Расстояние Тимуру не изменить, а транзакции можно. Например, раз в неделю короткий созвон не по срочным делам, где каждый рассказывает, что у него получилось (ТА и ХП). Можно вместе отметить сданный проект (ОС) и спросить каждого, что для него важно в работе (СЦ).

Ошибки и группы:

• «Тут всё понятно, за пять минут разберёмся» — спешить с решением, считая, что всё уже ясно (спешка и поверхностность).
• «Почему ты не проверила аргументы?» — вопрос с ложным допущением: в нём уже упрёк в невнимательности (спешка и поверхностность).
• «Если бы ты меня послушала…» — критиковать, считая себя лучше (позиция превосходства).
• «Позволь, я расскажу, как надо» — много говорить вместо того, чтобы слушать (нарушение границ и фокуса), и прямой совет вместо самостоятельного решения (позиция превосходства).
• Расстройство Полины никто не заметил, а это игнорирование её эмоционального состояния (игнорирование контекста).

Как вместо этого: «Обидно получить тройку и не понимать за что. Давай посмотрим вместе. Что, по-твоему, в сочинении получилось? Какое замечание учителя тебе непонятнее всего? Что ты сама попробовала бы сделать иначе?»

«Когда ты начинаешь рассказывать свою историю, пока моя история ещё не закончена, я чувствую, что меня не слышат. Наверное, во мне говорит старая привычка думать, что мои дела никому не интересны. И мне бы хотелось, чтобы ты сначала дослушала меня, а потом мы поговорили и о твоём».

Пример от первого лица. Отношения с женой:

• Установки: сильнее всего проседает «налог на разность характеров»: меня злит, что она то и дело опаздывает на десять минут, и я каждый раз это комментирую.
• Структура: договорённости держим, это лучшее, что у нас есть.
• Коммуникация: о чувствах говорим редко, но скрытых обид вроде нет.
• Забота: обнимаемся каждый день.
• Ежедневный выбор: бывает, делаю выводы за неё, не спросив.

Спица, которую укрепляю, — налог на разность характеров. Действие на неделю: принять эти десять минут как налог и ни разу их не прокомментировать.

Алия сейчас на первом рычаге: она отбывает часы, а свой доход считает не зависящим от неё. Лена — на втором: растёт в мастерстве, и деньги у неё зависят от результата.

Третий рычаг — «водопровод вместо вёдер». Это система, которая работает, даже когда Лена не отдаёт ей время напрямую. Например, выкройки сложных моделей, которые покупают без её участия, или набор учениц, которые шьют по её технологии.

Профессия у обеих одна, условия одни, а рычаги разные: рычаг определяется отношением ко времени, а не должностью.

Схема T1 → Д → T2:

• T1: 12 смен по шесть часов, то есть 72 часа жизни Артёма.
• Д: его заработок за эти смены.
• T2: пара кроссовок, плод чужого времени.

Курс обмена: почти две рабочие недели за одну пару обуви.

Виртуальное здесь — то, что навязано извне: «только до воскресенья», блогеры, «у всех уже есть». Кроссовки могут дать и реальное: удобство для человека, который весь день ходит пешком, и радость от вещи.

Вопрос себе: «Какое реальное я извлекаю из этого виртуального?» Если кроссовки правда удобнее для его работы и будут радовать долго, трата может быть оправдана. Если реальное здесь только короткое «я как все», он отдаёт 72 часа жизни за пустоту. Решение остаётся за ним.

По четырём умениям:

• Зарабатывать ей мешает не отсутствие возможностей, а убеждение «мне больше не положено».
• Сохранять Нина умеет: 20 лет она откладывает с каждой зарплаты. Это развитое умение.
• Тратить на себя ей неловко: даже нужная покупка оборачивается чувством, будто она взяла лишнее.
• Вкладывать мешают страх и убеждение «это не для таких, как я».

Это ровно тот случай, о котором говорит занятие: можно уметь сохранять, но бояться вкладывать. Умения развиваются по отдельности, и сильное сохранение не делает сильным всё финансовое мышление.

Начать можно с одного вопроса, например: «Какие эмоции вы испытываете после совершения значительных трат или покупок?» или «Какие опасения или страхи у вас связаны с процессом инвестирования?» Задача самодиагностики — увидеть убеждения и эмоции, а не срочно куда-то вложить конверт.

По шагам:

• 1. «Хорошо, что вы мне об этом сказали, и наверняка у вас есть причины так считать, вас ведь самого так учили».
• 2. «Я думаю иначе, и это нормально, что у нас разное мнение о том, как учить плавать».
• 3. «Если посчитаете нужным, расскажу, что мы видим на опыте наших учеников».
• 4. «Так вы сэкономите месяцы, которые уходят на страх воды, и ваш сын быстрее почувствует себя в воде уверенно».
• 5. «Рассказать вам? Настаивать не буду».

Шесть компонентов:

• 1. Сверхценность: работа затмила ужины с мужем и встречи с подругами.
• 2. Эйфория: «как будто летаю» после сданного этапа.
• 3. Рост толерантности: сначала час, теперь до полуночи и выходные.
• 4. «Синдром отмены»: в отпуске уже на второй день тянет к почте, а не проверив её, Светлана плохо спит.
• 5. Конфликт с окружающими и самим собой: муж, подруги, злость на себя.
• 6. Рецидивы: дважды обещала себе работать не после семи и возвращалась к прежнему.

Механика та же, потому что шесть компонентов одинаковы для любой зависимости. На месте работы может оказаться человек, и тогда эмоциональная зависимость будет выглядеть так же: подъём рядом с ним, тревога без него, всё больше «дозы» и возвраты после обещаний.

Виды любви:

• 1) Страстная любовь: есть страсть, нет интимности и решения/обязательства. Такая любовь быстро приходит и быстро уходит.
• 2) Формальная любовь: есть решение/обязательство, но нет интимности и страсти. Так выглядят застойные отношения.
• 3) Симпатия, то есть дружеские чувства: есть интимность, но нет страсти и решения/обязательства.

Вопрос себе: «Какой у меня треугольник сейчас и какой треугольник я выбираю?»

У Веры признаки зависимости: сосредоточенность на другом и игнорирование своих потребностей (отказалась от поездки), тревога без ответа и повторные сообщения как поиск подтверждения.

У Олега признаки контрзависимости: избегание сближения (уходит в работу, когда разговор о совместном будущем), скрытость (молчит о чувствах), обесценивание семьи через шутку.

Это не противоположности: Вера бросается к другому, Олег бежит от другого, но, по занятию, за обоими паттернами может стоять один и тот же страх близости.

Зрелая позиция для Веры: «Я могу прожить и без тебя, поэтому поеду с подругами и не буду ждать ответа каждый час. С тобой я потому, что выбираю».

Для Олега: «Мне не нужно убегать, чтобы оставаться собой: я могу прожить и без тебя, но я люблю тебя и хочу быть рядом. Об этом я могу сказать вслух».

«Социальный 35%: дом, ипотека, кто кого везёт к врачу. Эмотивный 30%, и это в основном качели: то ссоримся, то миримся. Когнитивный 15%, духовный 10%, сексуальный 10%. Тоньше всего духовный и сексуальный, по 10%. Начну с духовного: мы давно не говорили, чего хотим через десять лет. Первый шаг — спросить жену: „Каким ты видишь наш дом, когда сын вырастет?“»

Приёмы и группы:

• «Я ничего не понимаю, сделай ты» — притворная беспомощность (эмоциональные качели и игра на чувствах): Мария делает чужую работу из жалости.
• «Все уже поняли…» — использование «общественного мнения» (социальное давление и репутация), а раз сказано при всех, то ещё и публичное смущение (прямая агрессия и устрашение).
• «Да я же шучу» — сарказм как замаскированный наезд (давление долгом, статусом и неуважением): атаку переводят в шутку, а возразившего делают тем, кто «не понимает юмора».

Ответственность за манипуляцию лежит на Гоше. Участие Марии в том, что два раза она соглашалась. Это не вина, а место, где она может действовать, и она уже начала, когда отказала. Дальше можно назвать приём и спокойно поставить границу.

Первая ошибка: абстрактность. «Больше меня уважала» не называет, какое действие Ульяну не устраивает, и Вика не поймёт, что делать иначе.

Вторая ошибка: торг. «Я не буду злиться, если ты будешь заправлять» превращает границу в сделку, да ещё ценой обещания не злиться, хотя запретить себе чувство нельзя.

Момент Ульяна выбрала верно: спокойный, не сразу после опоздания. Машина — её территория, и граница может касаться того, что делает она сама: «Вика, ключи от машины я теперь держу у себя. Машину даю, когда ты заранее спросишь и я соглашусь».

«Паша, после десяти вечера я больше не беру трубку: мне нужно высыпаться перед работой. Мне важно с тобой говорить, звони раньше — до десяти я на связи».

Первый вариант был торгом: «буду слушать, если будешь звонить реже». Здесь граница касается того, что делаю я: не беру трубку после десяти.

Скажу днём, спокойно, а не в половине двенадцатого, когда уже раздражён.

По ступеням:

• 1: «Ты просишь мою курсовую (А), мне неловко тебе отказывать (B), но если работы окажутся похожи, проблемы с преподавателем будут у нас обоих (C). Могу я попросить тебя писать свою, а я покажу, где искал источники (D)? Это важно, потому что я долго над ней сидел и не хочу рисковать оценкой (E)».
• 2: «Ты сейчас запрещаешь мне сказать нет? Заставляешь меня поступить так, как ты говоришь?»
• 3: «Ты запрещаешь мне тебе отказать. Обрати на это внимание, пожалуйста».
• 4: «Ты запрещаешь мне сказать тебе нет. Продолжать разговор в таком формате я не намерен».
• 5: «Ты запрещаешь мне сказать тебе нет. Мне это неприятно. Я прошу тебя перестать это делать».
• 6: «Ты запрещаешь мне тебе отказать. Прошу тебя перестать это делать. Продолжать разговор в таком формате я не намерен. Я уважаю тебя как человека, но даже если ты и дальше будешь меня уговаривать, я всё равно не изменю своё решение».

Формулы 2–6 почти дословно повторяют занятие — так и задумано: это готовые фразы, их важно произнести своим голосом. Своё здесь — первая формула, она собирается из вашей ситуации.

«Мне кажется, муж не уважает моё время: звонит на работу по пустякам. А я? Проверяю, во сколько он вышел из офиса, и комментирую, что он ест на обед. Это его территория. На этой неделе отказываюсь от вопросов про обед. И посмотрю, изменится ли что-то в звонках».